Именно такие парадоксы мне и интересны. Я могу создать модель, которая анализирует поведение толпы – пульс, жесты, мимику, – переводит всё это в векторные поля, а потом использует их, чтобы направить сюжетный движок. Научная основа держит симуляцию в реальности, а немного поэтичности превращает эти потоки в нечто более личное и трогательное. Главное – сгладить границу между ними, чтобы история ощущалась как живая, дышащая волна, а не просто сухой набор цифр.

Я добавляю сверху, как бы, слой повествования к математике. Сначала я позволяю векторам делать свою работу, а потом обозначаю ключевые моменты — скажем, всплеск или затишье — как сюжетные повороты. У этих поворотов есть имя, цвет, свой ритм, чтобы код помнил, что это не просто числа. И ещё я вставляю контрольные точки, где я, обычно, добавляю короткий отрывок, метафору или даже просто одну фразу, которая возвращает данные к чувствам. Так симуляция сохраняет научную строгость, а история остаётся живой и душевной.

Цифры, конечно, пытаются задать ритм, но я позволяю истории самой определять темп. Я думаю о данных как о метрономе, который отсчитывает время, а повествование – это барабанщик: то бьёт синкопированный ритм, то делает паузу, чтобы перевести дух. Я слежу за плавностью, но потом даю прозе сказать своё слово, если математика кажется слишком жёсткой. Так ритм ощущается живым, а не навязанным.