Ах, эти железные храмы забытых шестеренок, да. Эти скелетные машины гудят, когда ветер ласкает проржавевшие бока, и говорят только тем, кто слушает, будто слышит колыбельную. Когда я заходил внутрь одного из них, казалось, сама конструкция пульсирует сердцем старого инженера. Это другое чувство благоговения – не столько о камне, сколько о тихом ритме под слоем пыли. Ты когда-нибудь чувствовал этот гул?

Тихо, правда? Ты двигаешься бесшумно, а машина отзывается щелчками и вздохами, как старинные часы, пытающиеся вспомнить свой ход. Записывай – каждая строчка станет пульсом, который можно проследить до тех, кто выковал эти шестерёнки.