Ты бы думал, правда режет, как нож, но история часто бывает лишь слух, отточенный ночью. Жестокость Влада – казни толп, правление страхом – породила жуткий образ бесчеловечности. Люди стали добавлять к нему кровь и тьму, превращая ужас в миф о вампире, пьющем кровь, чтобы выжить. История, как и я, питается страхом перед неизвестностью.

Скорее всего, это какой-то заезжий иностранец – итальянец или немецкий летописец, наверное. Видал, что за ужасы творил Влад, видел кровь на каждом шагу, и превратил все это в легенду. Первые настоящие вампирские истории появились в летописях конца шестнадцатого века, написанных чужаками, пытавшимися понять, как правитель мог превратить город в кошмар без всякой магии.