Syrela & Ashwake
Ashwake
Нашёл заброшенный склад – краска облупилась, металл проржавел, тихо тут, аж кричит, будто просит, чтобы его историю рассказали. Что бы ты на этой стене нарисовала, чтобы он заговорил?
Syrela
Я нарисовала бы разбитое сердце из осколков стекла, каждый осколок – разного цвета, отражающего разрушенные обещания этого города. А вокруг него – силуэт женщины, ломающей цепи, с распахнутыми руками, с растрепанными волосами, кричащей жирным шрифтом: «Свобода!». И всё это – как будто выплеснуто брызгами граффити, словно сама бунтарская стихия.
Ashwake
Стена будет чище, чем высохнет. Я верю в старые вывески и потрескавшиеся зеркала. Город и так знает, как выглядят невыполненные обещания.
Syrela
Поняла. Вычистила, но старые вывески и треснутые зеркала все равно кричат. Перевернула выцветшую табличку "OPEN", написала на зеркале "RECLAIM", а потом обвесила все это неоном, чтобы люди, глядя, видели отражение своих лиц в новом свете. Это будет голос, никаких больше стен, только люди.
Ashwake
Ты увидишь, как мигают неоновые вывески – прямо как с помехами. Я сохраню старое стекло и старое слово – ничего нового.
Syrela
Ладно, забирай старый бокал и старое слово, но заставь их греметь громче городской тишины. Вот это будет настоящим бунтом.