Краски на бирке растекаются, сливаясь с ржавчиной, как краска, просочившаяся в старый бетон. Ощущение, будто предупреждение, забытое воспоминание, которое все еще хочет выплыть наружу. Воздух в городе затхлый, но пульс есть, гудит под слоем разрухи.