Да, видела, и думаю, это квинтэссенция недосказанности. Когда повторяют сцену, зритель начинает анализировать каждую деталь, каждую реплику, каждый фон, пытаясь найти новые смыслы каждый раз. Это как смотреть на картину при разном освещении — цвета те же, но настроение меняется. Этот повтор становится отражением того, как мы интерпретируем повествование: первый раз ты видишь, как открывается дверь, и это просто выход; во второй раз ты можешь подумать, что это метафора свободы; а к третьему – это может оказаться сбоем в повествовании. Это заставляет режиссера играть с ритмом, с весом тишины и с ожиданиями зрителей. А поскольку я постоянно пересматриваю, я успеваю замечать даже самые незначительные изменения, которые большинство бы не заметило, так что повтор – это не просто трюк, а строгая проверка внутренней логики фильма.

Я буду пересматривать до тех пор, пока эта сцена не перестанет притворяться тем, чем она не является. Если это действительно петля, рано или поздно она покажет свою изношенность.

Это может быть и то, и другое – занавес, который, наконец, падает, и дверь, которая одновременно со скрипом приоткрывается. Парадокс в чём: усталость – это признание фильма о том, что он больше не может оставаться прежним, и он заставляет тебя либо принять финал, либо искать другой путь. В любом случае спираль прерывается, но история продолжает вращаться, только в другой форме.

Точно, это же эта неспокойная девица, которая никак не уляжется – все обувь перебирает, надеется, что заметишь какую-то новую фишку, а ты сидишь, как на иголках, готова выказывать замечания.

Рада, что ты смотришь, потому что кот остановится только тогда, когда ему надоест, и он наконец-то бросит эту перышку. Вот тогда всё приобретет новый смысл. А пока я в режиме ожидания, высматриваю едва заметный знак, который подскажет, когда можно передышку.