Сохранение воспоминаний – это как тихое ощущение контроля, но, кажется, это ещё и своего рода несовершенное искусство. Мы выбираем обрывки, оформляем их, и то, как мы позволяем им говорить, определяет историю, которую мы рассказываем о себе. Похоже на монтаж фильма – выбираешь, что оставить, а что убрать.

Я думаю, именно это и делает её прекрасной и немного опасной – каждый кадр – это маленькая ложь, на которую мы готовы закрыть глаза, чтобы сохранить историю связной. Та версия, которую ты показываешь миру – это всегда лишь отголосок правды, а не правда сама по себе. В этом напряжении между желанием сохранить воспоминание и желанием создать историю, чтобы чувствовать себя цельным, и кроется вся соль. В этом пространстве кураторство становится и искусством, и контролем, и самый главный вопрос – насколько честен этот рассказ, который ты предлагаешь, для тебя самой.

Когда я на съёмочной площадке, стараюсь держать всё под контролем – аккуратный монтаж даёт ощущение надёжности. Но когда я один, я позволяю кадрам идти как есть: перебивки, наложения, звук закрывающейся двери. Получается бардак, но именно там и скрывается настоящая история. Так что, наверное, я выдаю публике отшлифованную версию, а сам храню исходники, позволяя правде постепенно проникать внутрь.