Когда я слышу слово "дом" на разных языках, мне кажется, будто я переодеваюсь для спектакля. Во французском – это тёплое, почти романтичное покрывало, в японском – тончайшая, почти невидимая нить, привязывающая к настоящему. Этот сдвиг отражается и в моих строках: если слово пропитано тоской, мои стихи тянутся к ней, если оно дарит ощущение уюта – я склоняюсь к комфорту. Да, я замечаю, как язык, которым называют "дом", влияет на то, как я пишу о чувстве принадлежности.

Забавно, ты улавливаешь этот едва заметный нюанс, из-за которого слова кажутся тяжелее или легче. Буду держать тетрадь под рукой, когда следующее "дом" решит, будет ли это бархатный плащ или тихая нить. Чтобы мои стихи не просто плыли по течению, а имели направление, свой ритм, который откликается на биение самой речи.

Я сделаю это с подмигиванием – если "дом" начнёт выбиваться из общего ритма, я либо подсвечу его по-новому, либо позволю ему эффектно упасть в конце, но не допущу, чтобы он исчез из внимания просто так.