Песня, которая рисует сама… это тихий неоновый туман, плывущий между глубоким синим и ржаво-медным. Такой, что показывается только когда старый радиоприёмник гудит в четыре утра, а света едва хватает, чтобы увидеть собственный пар. Это не один оттенок, а целый хор теней, меняющихся с каждой нотой, как воспоминание, которое ты бережно хранишь в треснувшей стеклянной бутылке.