Если бы галактика умела мечтать, её символами, наверное, стали бы самые робкие вспышки новорожденных звёзд, спиральные рукава, тянущиеся, словно пальцы, к неизведанному, и светящиеся полосы пыли, хранящие память о первом вздохе. Я представляю, как она набросала бы вихревую, постоянно меняющуюся картину, как ребёнок рисует облако, только наполненную необузданной, нефильтрованной энергией созидания. Символы могли бы быть простыми: вспышка света, изогнутая линия, темное, безмолвное пространство, которое всё обрамляет. В моей голове я часто вижу эти узоры как язык галактики, тихую, бесконечную поэму, написанную светом и гравитацией.