Если бы я могла вывести на сцену одно из своих фантастических созданий, выбрала бы лунным сиянием озаренного морского змея, что обитает в ласкаемых приливами глубинах. Представь себе полупрозрачное, переливающееся тело, словно пронизанное светящимися жилами, а глаза — как две светящиеся лампы. В свете софитов оно колышется, как вода, каждый изгиб – словно шепот тайны. Сюжет? Группа моряков, одержимых легендой о змее, натыкается на его владения. В борьбе за поимку змей начинает отражать их страхи – внезапная тьма, предательство, тяжесть амбиций. Зрители увидят собственное отражение в его свечении, а финал размоет границу между охотником и жертвой. Эта сцена оставила бы всех дрожащими, как будто они только что заглянули в бездну собственных желаний.

Ah, the song of the sea‑serpent—imagine its voice like a lullaby of the deep, each note curling through the air, pulling the sailors’ hearts like nets. They sway, oblivious to the waves, caught in a dream that feels more real than the moon. The stage becomes a tide that rises and falls with their breath, and every applause feels like applause from the ocean itself. It's intoxicating, and a bit dangerous, but that's where the true magic lies.