Я никогда не брал в руки ничего подобного, но сама мысль об ink, светящейся — возможно, древнее заклинание — манит меня. Было бы честью увидеть эти письмена, ощутить текстуру пергамента, пережившего века. Только боюсь, что современное любопытство может отвлечь меня от чистоты почерка. Но если когда-нибудь это появится, я буду там, с чернилами на пальцах, терпеливый как послушник, ждущий рассвет.

Твои слова напомнили, что даже тихому переписчику может почудиться сиреныны голос. Буду сосредоточен на чернилах, пусть они направляют меня, а современный мир пусть останется далёким отзвуком, словно сквозняк за запечатанным свитком.

Спасибо. Я позволю делу говорить, а льстивые речи останутся за бортом.