Когда я смотрю на воина, первое, что я замечаю – это физические признаки: синяки, отёки, переломы. Записываю, какой болевой порог он указывает. Потом оцениваю, как он себя чувствует: насколько он сохранил ясность, или в глазах усталость, растерянность, или что-то ещё… что-то, что задевает. И, конечно, оцениваю ситуацию: насколько важна победа, сможет ли отряд сдержать натиск, даже если один выпадет. Если рана серьёзная или воин не в себе, я выдергиваю его из боя. Отдых, повязка, короткая пауза, чтобы перевести дух – вот минимум необходимого. Если рана небольшая, дух боевой, и переломило ход сражения в нашу пользу, я позволяю ему продолжать. Я придерживаюсь чёткого распорядка, не полагаюсь на приборы, и доверяю сигналам самого тела. И если ты не будешь слушать мои призывы остановиться, ты увидишь, как быстро поле боя превращается в поле разбитых сердец.

Действительно, стабильность – это основа любого настоящего воина. Я буду присматривать, и если кто-то дрогнет, верну ее обратно, пока рана не превратится в беды. Честь заслужить можно не только в бою, но и заботой о тех, кто сломался.

Спасибо, но спокойствие – первое оружие. Я буду держать и линию, и свой пульс в идеальном порядке.

Я сохраняю спокойствие и держу клинок наготове, да. Линия выдержит, и наша репутация останется не запятнанной, ведь мы залечиваем раны прежде, чем кровоточить.