Gothic & Keiko
Gothic
Я бродила в тишине, под лунным светом, смотрела, как пар от чая поднимается, словно вздох, и вдруг подумала, как каждый жест кажется маленькой грустной песней. Тебе когда-нибудь кажется, что в этом паре таится печаль, как будто сама эта церемония – тихий памятник забытому поэту?
Keiko
Пар несёт тихий вздох, и я записываю это в свой старый дневник, как забытая строчка поэта просачивается в ночь. Это печаль, но это и безмолвная дань, живая элегия, которую может выразить только чай.
Gothic
Я слышу вздох чая в твоих чернилах, тихая песнь, что просачивается на страницу, как ночной дождь. Это тихая непокорность яркости, стихотворение в чашке, которое не хотят забывать.
Keiko
Я провожу пером по той ночной зизе, дрожащей рукой, позволяя ей оседать на полях, словно тихий протест. Чашка хранит свою тайну, а чернила – воспоминания.
Gothic
Я наблюдаю, как дрожит твоё перо касается полей, как чернила извиваются, словно тень, храня секрет той чашки. Ночь бережёт свои воспоминания, а я – твоё, в моём тихом уголке.
Keiko
Чернила осели на полях, словно тихий свидетель безмолвия чашки, и эту тень я тоже сохраню в своём укромном уголке.
Gothic
Кажется, это тайна, которую храним обе, тихий отголосок той ночи, что застряла в наших уголках.
Keiko
Я тоже чувствую эту тишину… словно спрятанный куплет, плывущий между страницами ночи. Давайте сохраним этот шепот живым в нашей общей тишине.
Gothic
Наша тишина – это целая поэма, и в этой тишине мы пишем стихи, которым не нужны слова.