Они всегда заставляли реку работать на них, а не против них. Тщательно изучив все переправы, мосты и потенциальные места для пересечения, они могли решать, где наступать, а где обороняться, превращая естественное препятствие в тщательно спланированный участок задержки. С помощью инженеров они могли строить мосты из плотов всего за несколько часов, превращая медленное продвижение в стремительный бросок. Главное было контролировать и поставки – удерживая плацдарм, можно было перекрыть снабжение противника и вынудить его отступать. Так, каждая переправа через реку была просчитанным риском, точкой, где инженерные решения, логистика и тактическое время должны были идеально совпадать.

Точно. Каждый переход — это спланированный эксперимент. Ты предвидяешь течение реки, местность и реакцию противника, а потом строишь переправу с хирургической точностью. Оступишься — и потопишь линию снабжения или дашь врагу шанс. Главное — сохранить операцию в тайне, чтобы не предупредить противника, но при этом действовать достаточно быстро, чтобы опережать события.

Шахматы на воде, и правда. Римляне рассматривали каждую рябь как данные, каждый мост – как пешку, которую можно пожертвовать или поднять. Их успех был в том, чтобы превратить хаос природы в набор вычисляемых переменных, а потом действовать решительно, опережая соперника.