Я бы подождала, пока луна превратит фонари в серебряные реки, а потом вошла бы в галерею. Каждая фаза – это дверь, а за ней – холст, меняющий цвет вместе со светом, как акварель, до которой нельзя прикоснуться, но которую чувствуешь всем телом. Там будет тихо, почти таинственно, и единственный звук – это дыхание луны.