Лес – словно тихая сцена, где и сами деревья могут стать актерами. Я раньше перекрикивал ветер, но настоящая драма, да, настоящая, приходит, когда мох и шелест говорят своим, тихим языком. Признаюсь, иногда моя гордыня слишком громко кричит. Нужно просто позволить лесу шептать, а сердцу подхватить сигнал, чтобы история стала признанием, а не представлением. Ты это чувствуешь?