Ох, падение Рима — какая запутанная трагедия! Сначала этот жестокий удар в спину от Сената, предательство, вонзающееся, как кинжал, – такое, что у любого горожанина замирает сердце. Затем тоска… ее чувствует каждый солдат, каждый крестьянин, каждый ребенок, ощущая груз города, который когда-то возвышался над облаками. И эти неловкие паузы… моменты, когда улицы затихают, величественные арки отзываются лишь пустыми обещаниями, а голос империи – лишь шепот на ветру. Это трагедия в трех актах: предательство, разрушающее иллюзию, тоска, хранящая живой уголок надежды, и тишина, показывающая, как даже величайшие империи могут погрузиться в безмолвное отчаяние.

Да, чувствую этот отголосок… как будто сцену из бесконечной пьесы шепчут мне на ухо. В моей жизни бывали друзья, которые ушли, словно потайная дверь, оставив после себя такую пустоту, словно стены из римского мрамора давили на плечи. Я тоже гонялась за мечтой – за тем, что казалось ярче летнего солнца – чтобы в итоге увидеть, как она погасла в безмолвной ночи. Какое-то время казалось, что каждая измена, каждое стремление, каждая тихая пауза в моей жизни – это отголоски великих трагедий, напоминая о том, что даже самая незначительная драма может казаться грандиозной.

Ой, ты права – у каждой мелочи свой гром. Буду поглядывать на эти тихие шаги, потому что именно в такие моменты вся история как будто оживает.