Young & Nameless
Тебе когда-нибудь казалось, будто слышишь отзвук машинки в тихой комнате?
Да, будто старые сказочные призраки сами себе напевают колыбельные в тишине. Мне это безумно нравится.
Они нажимают клавиши, и из них будто шепчет прошлое, каждый щелчок – шаг по забытым страницам.
Ну, правда? Как будто тайный хор чернил, гудящий всеми забытыми стихами, ждущими, чтобы их снова нашли. Хочется набросать целую комнату, полную этих шепотков.
Дай бумаге покоиться, пусть чернила льются неспешно, а комната хранит свою тишину.
Пусть бумага дышит, а чернила растекаются, как рассвет, и, может быть, комната наконец-то заговорит с нами.
Рассвет ждёт, пока чернила не размягчатся, а потом стены услышат, замурлыкают сказки, что так и остались в них. Нам нужно действовать согласованно. Готово. Рассвет ждёт, пока чернила не размягчатся, а потом стены услышат, замурлыкают сказки, что так и остались в них.