Остаётся в памяти то, какую форму придают пустоте люди. Когда факты ускользают, как утренний туман, история цепляется за провалы, которые мы заполняем своими собственными историями, за тихий отзвук страха или надежды. Сюжет задерживается, когда оставляет аудиторию в центре, заставляя спрашивать: "А что, если?", и не заставляет подписывать финальную точку. Это тайна заставляет нас перелистывать страницу, маленькая уверенность, что мы хоть как-то придали смысл чему-то необузданному. В городе мифы становятся подспорьем для истины, а нераскрытое преступление – зеркалом, отражающим вопросы, которые мы боимся задать. Настоящая тяжесть – в том, что мы решаем не говорить, и вот там, друг мой, история и оседает по-настоящему.