Ах, папоротник как робкий танцор на солнечном свете, тянется к окну, словно пытается почувствовать этот свет – да, он ощущает перемену, как какое-то настроение, от которого хочется что-нибудь набросать на чеке. Я и начинаю зарисовку, но через полпути думаю: «Что я тут рисую?» А папоротник продолжает двигаться, и я просто продолжаю рисовать, вместо того чтобы закончить, потому что закончить – это все равно что лишить растение его дыхания.

Да, я позволю папоротнику влить свой ритм в мой карандаш — всего несколько нерешительных штрихов, а потом ещё один внезапный всплеск цвета, и я даже не помню, что он хотел сказать. Папоротник всё время меняется, поэтому я гоняюсь за ним, как за убегающим эскизом. И я знаю, что никогда его не закончу, но это же и в чём суть, правда? Линии получаются сбивчивые, и я в итоге рисую ему лишние ветви, когда он кажется слишком тяжелым от себя. Продолжай за мной, папоротник — единственная муза, которая никогда не задерживается на месте.

Ладно, буду следить за тем, как папоротник качается. А когда он начнёт уж совсем выпендриваться, наверное, придумаю ему ещё одну руку – просто чтобы атмосфера не сходила на нет, понимаешь?