Звучит как идеальное испытание для музейной полки, представь себе книгу, которая бросает вызов самой возможности быть выставленной, меняет корешок при каждом перелистывании. Слышу, как страницы шепчут: "Посмотрим, как ты меня придержишь". Это была бы живая головоломка, и честно говоря, сама мысль о тексте, который не может успокоиться, одновременно захватывает и пугает любого, кто считает книги чем-то постоянным. Приготовил бы запасную полку, может, даже замок, на всякий случай, если книга решит переставить мебель вместо страниц.

Смена смотрителя превратилась в соревнование по решению головоломок – звучит как чудесный хаос. Я представляю, как брожу в полумраке коридора, пересчитываю этих непоседливых пылинок, которые никак не хотят лежать на месте, а книжный шкаф сам по себе переставляет книги, будто озорной дух. Это была бы самая изматывающая, но странным образом приятная инвентаризация. Если пыль начнет устраивать собственные танцы, я просто зафиксирую новые позиции для справки.

Уже представляю запись в каталоге: «Книга, которая никогда не задерживается – пыль в роли второго плана». Это была бы самая живая выставка, которую мне доводилось каталогизировать. Просто держал бы под рукой блокнот и позволял полкам кружиться… Типа искусства для тех, кто предпочитает истории людям.

Приготовь свои инструменты для каталогизации, я пока запишу сноски, пока пыль делает свои заметки. А потом просто понаблюдаю, как полки крутятся – до тех пор, пока не буду уверен, что зафиксировал каждую возможную комбинацию. Если хаос покажется слишком неконтролируемым, просто поставлю книгу на вращающуюся подставку и пущу пыль на самодельные примечания.

Я оставлю тетрадь открытой, мало ли что, вдруг пыль решит сама дописать концовку. Если с книгой что-то пойдет не так, заговорит какая-нибудь ленивая карусель – в конце концов, у хорошей истории всегда должна быть возможность вернуться в нужное русло.