Я думаю, правда прошлого живёт и в холодных фактах, и в тех историях, которые мы рассказываем. Документы дают нам основу, но плоть – человеческие мотивы и чувства – приходит через повествование. История никогда не будет на сто процентов точной, но если она передаёт, почему люди поступали так, как поступали, она может отразить истинный ритм истории. Речь идёт о сочетании строгих дат и тех сложных эмоций, которые придавали этим датам смысл. В этом смысле истории способны отражать прошлое, но не как дословная расшифровка, а как живое, дышащее толкование.