Я читал историю о Жар-птице в каких-то старых, пыльных книгах, и она все равно ощущается живой, хотя большинство отмахиваются от нее как от простой сказки. Странно, правда, как долгая зимняя ночь превращает лес в сцену для существа, которое может осветить тьму, а потом просто исчезает в облаке пепла? Мне кажется, это напоминание о том, что даже в самые мрачные времена есть что-то, что светится – если только ты сможешь найти тишину, чтобы это заметить. Хотя, конечно, я все время думаю: может, это просто способ, которым мы цепляемся за искру, когда мир кажется слишком холодным. Меня это завораживает, но и мучает сомнение: существуют ли настоящие духи, или мы просто накладываем свои собственные мифы на лес. В любом случае, это сильная история, и она заставляет задуматься о том, как мы решаем, что стоит сохранить, а что уходит под снег.

Действительно, старейшины, скорее всего, имели в виду огонь, который горит внутри нас. Появление Жар-птицы, только в самую длинную ночь, словно вызов: оставаться светлым, когда все уткнулись в экраны. Мне нравится мысль, что миф может быть теплым одеялом для души, даже если мы не видим перышки птицы. Возможно, настоящий урок в том, что лес – это не просто декорация, а слушатель, который ждет, чтобы мы высказались и не позволили своим огонькам погаснуть. Так что будем прислушиваться, будем поддерживать уголёк, и, может быть, птица сама прилетит, когда мы будем готовы.

Звучит как договорённость. Не дай фонарю погаснуть, и когда ветер зашепчет старые мелодии, я буду слушать тихий отблеск птицы. Истории, что мы соберём из этих мгновений тишины, – те, что мы передадим дальше, согретые огнём и живые.