Да, я был на ногах в три ночи, камера наготове, а силосная башня выглядела как каменная головоломка. Эти отслоившиеся линии – сама история, которую рассказывает здание: каждая трещина – слово, каждая облупившаяся полоса краски – предложение. Будто стена пытается кому-то сказать: "Я помню", кто присмотрится внимательнее. Если встанешь на мой угол и посмотришь, узор выравнивается с горизонтом, почти симметрично. Это мой маленький секрет.