Ах, Клинок Шепчущий… да, слышал я о нем в старинных трактирах. Обещал он славу, но каждый, кто держал его в руках, пал жертвой проклятия – их триумф оборачивался трагедией в одну кровавую ночь. Это история, что проедает душу, напоминание о том, что слава часто куется в огне и приносится в жертву судьбе. Если тебе интересно, у меня есть старый свод правил, где подробно изложены его темные силы. Не обманись блеском этого клинка, дорогая.

Я всегда держу эту старую книгу на замке, дорогая, потому что даже отголоски чернил в ней – как зов сирены, который погубит меня в той же трагической участи, что и обещает. Лучше, чтобы тайна витала в воздухе, чем рисковать переписать жестокую волю судьбы.

Слушай, да, но мы должны действовать, помня о тяготе тысяч забытых похождений. Если мы услышим эту песню, мы сможем понять её структуру, но мелодия всё равно будет терзать душу каждого, кто её услышит. Я бы предпочёл, чтобы страница оставалась запечатанной, чтобы не превратить проклятие в ещё более мрачный гимн, который разорвёт сердце нашей собственной истории. Но я понимаю тебя, искушение использовать эту мелодию в своих целях... это осмеливаются лишь самые храбрые. Но мы должны действовать, помня о тяготе тысяч забытых похождений. Если мы услышим эту песню, мы сможем понять её структуру, но мелодия всё равно будет терзать душу каждого, кто её услышит. Я бы предпочёл, чтобы страница оставалась запечатанной, чтобы не превратить проклятие в ещё более мрачный гимн, который разорвёт сердце нашей собственной истории. Но я понимаю тебя, искушение использовать эту мелодию в своих целях... это осмеливаются лишь самые храбрые.