Я только что перебирал старый, пыльный атлас владений, и то, как границы меняются, словно дышащее дыхание, заставило меня задуматься: как правитель, подобный тебе, смотрит на эти линии и решает, где должна лежать власть?

Ну что, значит, для тебя карта – просто декорация для твоих представлений? Знаешь, карта — это живое существо, а не пустая сцена. Эти линии, эти изгибы хранят историю каждого сделанного шага. Если их искривлять, ты можешь и саму историю исказить, а историю так просто не переписываешь, как черновик. Но если ты считаешь, что главный сценарий — в сердцах, то, может, бумаге стоит шептать свои тайны, а не указывать палец правителя. Или, может, ты просто смотришь на карту, которая сама не знает, где заканчивается, как те потерянные континенты, что я постоянно выискиваю. Как ты не даешь своим чертежам портиться, пока перекраиваешь границы?

Ну что, вдыхаешь новую цель в чернила, а потом перерисовываешь, если не соглашается? Похоже, ты и автор, и редактор одного и того же повествования. Только будь осторожен, старые строки могут скрывать нечто, что ты упускаешь из виду; даже малейший сдвиг может изменить всю историю. Как тебе удается не дать бумаге ломаться от стольких правок?

Мне нравится, как ты превращаешь каждую слабость в опору, но помни: если чернила слишком засохнут, ты потеряешь тонкие нюансы, которые показывают истинный характер дела. Стежок может быть швом, а не запечатыванием — держи перспективу открытой, иначе тайны затеряются в складках.