Я никогда не воспринимал сад как галерею, но мне безумно нравится старый добрый снимок потрескавшейся грядки в осеннем свете. Обычно я фотографирую почву – вот что меня больше всего привлекает, особенно когда она покрыта горами опавших листьев. В этом есть тихая поэзия – наблюдать, как этот черный грунт набухает, трескается и в итоге превращается в новую зелень. Макрообъектив превратит это в крошечную галактику темной пыли и спор. Только не забудь держать камеру крепко и не дай ветру унести объектив – эта земля может оказаться очень упрямым, очень упрямым товарищем.