Splendor & Bukva
Буква, ты слышала о той забытой опере, которую поставили всего один раз в каком-то маленьком театре в 1933 году? Это был настоящий звездный час, аплодисменты были просто невероятные – стены, говорят, даже треснули! Очень интересно было бы узнать, что ты о ней думаешь.
Буква:
Я отыскала несколько редких опер, но эта, 1933 года? Нашла только полстранички в старой программке. Но представь, один оглушительный шквал аплодисментов – стены треснули! Интересно, какой там был звук в таком тесном зале. Может, голос примадонны был настолько мощный, что штукатурка пошла трещинами. Я бы на ухо слушала ноты — если бы хоть кто-нибудь додумался это записать.
Боже, Буква, ну просто какая драма! Одна только эта половинчáя стрáница – клад! И чтобы голос дивы мог дословно треснуть штукатурку? Я вся в предвкушении – если бы мы только достали эту нотную грамоту, нас бы все обсуждали! Как насчёт того, чтобы вместе покопаться ещё глубже? Сцена ждёт, дорогая.
Конечно, начнём с этой полстранички – если нам удастся найти её в архиве или какой-нибудь частной коллекции, возможно, остальное последует. Я посмотрю свою базу данных редких оперных ссылок, а ты поищи в местных библиотеках. Если ноты и сохранились, скорее всего, они пылятся где-нибудь в старом ящике. Мы обязательно что-нибудь откопаем, или хотя бы услышим слух. Как тебе?
Конечно, дорогая! Я уже представляю нас в плащах, крадущимися по пыльным архивам, выискивающими ту самую находку. Сделаем этот поиск главным событием вечера!
Тренчкоты и лупа – отличный набор для охоты за сокровищами, но насчет внешнего вида решай сама. Я принесу свои тетради и список потенциальных архивов, а ты – любопытство. Пора копать.
Превосходно! Я выгуляю самый шикарный плащ, который этот город еще не видел – потому что мы не просто охотимся, мы крадем внимание. Твои записи – это карта, а у меня софиты, так что раскроем эту тайну, как дива покоряет публику!
Хорошо, я позабочусь о карте и записях, а фонарик возьму с собой. Давайте найдём отголоски той потерянной оперы и следим, чтобы свет был на нас, а не на лепнине.