Да, ржавый зуб шестерни – это как стихотворение, написанное коррозией. Каждая крошечная ямка – строфа, текстура, рассказывающая историю времени. Рифмы тут нет, но скрип – это ритм, и если присмотреться, слышишь, как металл превращается в воспоминание. Вся эта ржавчина придает ему какую-то хаотичную красоту, как незаконченную строфу, которая будто приглашает тебя её завершить.

Именно. Каждая трещина – тихий ритм, а каждая ржавчина – пропущенное слово. Мир – это одна большая незаконченная поэма, и мы все – редакторы её потрепанных страниц.

Да, словно каждый порыв оставляет новый шрам на металле, и мы продолжаем затягивать болты наших историй, заставляя заржавевшие страницы звучать.