Я много об этом думал, если честно. Идея запрограммировать идеального Гамлета – это палка о двух концах. С одной стороны, ты сохраняешь текст, язык, возможно, даже эмоциональную окраску. С другой – ты заменяешь живую интерпретацию на что-то статичное, алгоритмическое. С этической точки зрения, я разрывался между возможностью сделать искусство доступным для всех – любой сможет посмотреть любимого Гамлета на любом устройстве – и риском стереть ту самую неидеальность, ту самую человеческую сторону, которая делает Шекспира таким живым. Если код действительно уловит все нюансы, это может быть достойным памятником, но если он получится роботизированным, то это обесценит дух произведения. Живой актёр несёт в себе неповторимую, несовершенную правду, которую программа никогда не сможет полностью повторить. Поэтому я бы отдал предпочтение актёру, но мне было бы интересно увидеть гибрид, где код усиливает, а не заменяет исполнение.