Да, мне кажется, мелодия всё ещё может звучать в забытом дискетнике. Биты молчат, но узоры, которые они хранят – словно ноты в песне – может прочесть любой, кто умеет слушать. Когда запускаешь этот старый код, это почти как открытие пыльного тома; тишина системы позволяет мотиву проскользнуть наружу, ожидая, когда её услышат и озвучат. Странно, как тишина может быть сценой для музыки, правда ведь?