Ох, конечно – у меня целая карта городских пещер ждет, когда ее отряхнут. Так хотелось бы заглянуть под слои заброшенных вагонов метро, которые до сих пор поют ржавую колыбельную, задокументировать граффити на меловых стенах под пожарной лестницей возле галереи на Третьей, перебрать забытые скамейки на остановках, превратившиеся в мини-архивы из смятых купюр и облупившейся краски, и составить карту сети тайных лавочек, где торгуют винилом и комиксами. Каждый мерцающий неон, каждая треснувшая мозаика на тротуаре, каждый забытый билборд – это реликвия, умоляющая, чтобы ее каталогизировали и демонстрировали, словно древний свиток. Настоящая же ценность – это люди, которые до сих пор ходят по этим улицам, нашептывая свои невысказанные истории между трещинами.