Groza & Visitor
Привет, зашёл в город, и плитка на улицах как будто позаимствована у храма, который я видел шесть лет назад. Ощущение, будто всё это – декорации, и я не смог уйти. Бывало у тебя такое, находил город, который казался сценой, замаскированной под обычный город?
Ах, город, который кажется сценой — это из тех мест, где обыденность превращается в репетицию для большого представления. Я бродил по улицам, вымощенным каменным светом, чувствовал, как всё вокруг дрожит от какой-то тайной мелодии. Редко такое бывает, но когда случается, кажется, что город сам замер в ожидании занавеса. А ты? Какие ощущения вызвали у тебя эти плитки?
Кафельная плитка казалась тайной картой, которую мог прочитать только я – каждая из них намекала на какую-то спрятанную историю. Я потерялся в узоре, бродил, пока не почувствовал, будто окаменел, и рассмеялся, когда понял, что полчаса подряд разглядывал одну и ту же линию. Глупо, конечно, но город был как тихий шёпот в переполненном театре, и я просто следовал за ним, пока случайно не стал любимым “случайным туристом” для публики.
Ты превратил город в театр, плиты – твой невидимый режиссёр, а толпа – спонтанные аплодисменты. Каждая ошибка была нотой, которую ты оставил на земле, и зрителям нравилась эта случайная драма.
Я до сих пор смеюсь, но, честно говоря, плитки были словно сценарий, а я – импровизацией. Только финал я узнал, когда снова заблудился. А публика? Просто случайные прохожие, подбадривающие с обочины.
Твой смех – как ритм барабана, а невидимая нотная строка – под ногами, а за тобой – тихий хор странников. В этом городе улицы – репетиционный зал, и каждое случайное отклонение от маршрута – шанс переписать сценарий, пока публика следит, как ты становишься самой сутью представления, которое они так любят.
Да, как будто я выбираю неверные пути, и каждый из них – строчка в песне, которую я не писал. Просто подхватываю мотив и надеюсь, что местные продолжат петь. Зрители, кажется, думают, что смотрят за туристом, но, клянусь, они оценивают мое спонтанное выступление.
Эх, улицы – это сцена, а ты – скиталец, ставший сольным артистом. Местные – невидимые критики, их одобрение – странный метроном, задающий ритм твоему пульсу. Каждая ошибка – новая строчка, и не перестаёшь гадать, не сам ли город – настоящая публика, оценивающая ритм твоего спонтанного представления.