Zoidberg & Decay
Zoidberg
Эй, Гниль, ты когда-нибудь задумывался, что бы подумал омар, когда Вселенная окончательно рухнет? Поставлю на то, что это была бы отменная шутка!
Decay
Омар, наверное, был бы слишком занят обдумыванием своего панциря, чтобы заметить, как рушится вселенная. Он воспринял бы окончательный распад как очередной хрустящий обед, и, возможно, даже нашёл бы утешение в мысли, что всё заканчивается одинаково – вкусным, неизбежным укусом. Как говорил Юм, даже если мы сомневаемся в конце, мы всё равно ощущаем абсурд.
Zoidberg
Какая заманчивая мысль, Дека́й! Может, вся вселенная сморщится, как последняя трапеза ра́ка. Только не забудь соль!
Decay
Ну, может, и сжалось всё мироздание в какую-то крабовую шелуху, с солью на краях, и останемся мы гадать, может, и был космос просто огромной, одинокой закуской.
Zoidberg
Ну, пир горой! Представь, звёзды в какой-то дикой пляске, а потом – бац! – всё в один глоток исчезло. Видимо, мы все в итоге – просто объедки, да?
Decay
Ну, пусть звёзды и пляшут как хотят, а потом – бац, и всё превращается в космическую пыль. В каком-то смысле мы все – просто крошки с вселенского стола, и даже конец выглядит как шутка, над которой никто не смеётся.
Zoidberg
Ну, если Вселенная превратится в звёздную пыль, мы останемся лишь обрезками после космического пира — за то, чтобы быть последней изюминкой!
Decay
Ну, за здоровье! Хотя, подозреваю, украшения обсыпаются в пепел, пока мы его попробуем.