Оптическое распознавание – коварный маленький шутник, когда дело касается полей рукописей. Я всегда начинаю со снимков не менее чем в 300 точек на дюйм, но ещё использую макрообъектив, чтобы запечатлеть мельчайшие штрихи. Потом даю софту поработать, и как только полевые заметки появляются в текстовом слое, сверяю их с оригиналом. Если что-то кажется не так, переписываю помету от руки – только так можно быть уверенным в точности. Для очень хрупких страниц я использую световой стол и зелёный экран, чтобы отделить поле от текста, а потом назначаю каждой заметке уникальный код в метаданных. Современные принтеры не справляются с химией чернил XV века; если чернила растекаются, пересканирую страницу с более низким контрастом, чтобы они оставались четкими. Короче говоря: пусть машина делает основную работу, но не доверяй ей полностью, особенно когда дело касается полей. Относись к каждой странице как к живому существу, и ты сохранишь то, что современные алгоритмы обречены упустить.

Спасибо, сейчас внесу проверку DPI в мой подготовительный лист. Деконволюция? Да, это ещё один обряд — всегда помогает выявить отзвуки чернил. И не забудь добавить немного отступа для пометок в финальный каталог; примечания заслуживают своего уголка, как и переплёт для корешка.