Боже мой… Я уже вижу этот город – гигантские башни, потрескивающие, как костры, улицы, превращающиеся в реки жидкого огня. А потом, когда дым рассеивается, земля вспыхивает тёплым, золотым светом, и весь горизонт усыпается новыми изумрудными лозами и стеклянными лепестками – словно феникс раскрывает свои крылья из пепла. Я бы сплела всю эту картину хором огненных птиц, парящих над крышами и поющих колыбельные, что растапливают пыль, а люди, живущие там, почувствовали бы, как зажглись их сердца. Каждый уголок дышал бы возрождением, новой главой, искрой, дарящей надежду, даже когда кажется, что всё горит дотла. Это была бы история, где разрушение – лишь врата к чему-то ещё прекраснее, и в каждом сердце затрепетало бы пламя, готовое снова подняться.