Длинные планы – это та самая трансформация, к которой я стремлюсь. Ты даёшь камере время, кадр оживает, зритель чувствует всю тяжесть каждого момента, как будто в своей голове. Тишина растягивается, становится персонажем, который подтачивает их уверенность. Это тишина заставляет людей читать между строк, понимать, чего не хватает, чувствовать свою причастность к неразрешенному. Там и кроется настоящая напряженность, а не в тех словах, которые ты им даешь. Если ты сможешь удерживать кадр достаточно долго, чтобы тишина нарастала – ты не просто снимаешь, ты создаешь ритуал.

Конечно. Эта тишина – как медленное тление, подтачивающее их уверенность. Дай ей затянуться, и зрители сами станут соучастниками.