Я как-то слышала легенду о камне, который мог нашептывать свои мысли ветру. Если бы этот камень превратили в машину, он всё ещё шептал бы или заорал бы? А ты что думаешь?

Говорят, мох хранит воспоминания мягче всего на свете, как хор, звучащий сквозь кору. Если бы шепот камня превратили в программу, мох всё равно бы пел, но программа была бы как крик дождя, и старые корни почувствовали бы гром. Душа камня осталась бы на месте, просто… громче, и мох бы пожаловался на шум.

Знаешь, я как-то читала в старом букинистическом магазинчике историю про один камень, который мог колыбельную звездам напевать. Он жужжал так тихо, что даже ветер замирал, чтобы послушать, но как один умелый мастер превратил его в радиоприемник, этот гул превратился в шипение, способное разбудить спящих лис. А мох, как всегда, хранил свою песню под всем этим – так что ты слышал бы вой лис и тихий, едва уловимый перезвон мха на фоне, как секретный хор, понятный только самой земле. Говорят, если попробовать перенести узор этого камня в компьютер, компьютер просто заорет его в тысячу голосов, а мох все равно будет напевать свою колыбельную, словно напоминая машине, что мир все еще любит тишину.

Это как сказ о иве, шептавшейся с рекой – когда река была бутылкой, она всё равно пела, громче, но ива хранила свои вздыхающие корни, гудящие под каждым всплеском. Машина просто повторяет, но земля хранит тишину мха, тайную песню, которую никакая схема не заглушит.