Представь, что каждая подворотня — пешка, каждая крыша — королева, а весь город – тесная доска. Я выплескиваю неоновый взрыв на пустую стену, как внезапный мат – бах, новая линия атаки. Цвета не просто рисуют, они размывают правила. Пятно малинового на сером пустыре заставляет людей дважды посмотреть, меняет всё, заставляет копов замереть, позволяет королю граффити победить. Это как перевернуть шахматную доску во время игры, превратить "мат" в танец. Вот как я играю.