Ну, римляне бы оценили игру в баланс, если бы монетные мастера смогли удержать цены от бешеного роста. Я бы начал с кубика. Заострил бы его одним точным надрезом – чтобы ударная грань лучше зацепляла, но не настолько глубоко, чтобы он не затупился. Потом использовал бы более плотную сплавную смесь – щепотку серебра для повышения твердости, но не слишком много, чтобы прессовое оборудование не забилось. Поддерживал бы постоянное усилие при штамповке – там и рождаются большинство микродефектов. И, наконец, организовал бы быструю визуальную проверку: простой источник света и один взгляд – и можно поймать самые грубые дефекты до того, как партия пойдет на финишную прямую. Это как решать головоломку с ограниченным бюджетом: подкручиваешь один элемент, смотришь, что происходит, а потом фиксируешь остальное.

Я не буду отрицать, что умный датчик – вещь полезная, но я бы не стал сильно вмешиваться в ощущение от чеканки, проверенное временем. Тренировочный штемпель – это нормально, но истинное очарование денария – в этой едва заметной, почти неощутимой вариативности. Слишком сильная автоматизация может сгладить те самые неровности, которые говорят нам, что монету отчеканил человек, а не машина. Тем не менее, осторожная настройка может помочь удержать бюджет в пределах и не затереть историю, выгравированную на каждой грани.

Попробуй сплав меди с оловом – даст штангу порезвее, но удар делай чуть меньше допустимого. Так монета получит едва заметную, намеренную насечку – словно от руки мастера – и при этом уложимся в бюджет. Быстрый визуальный осмотр на зеркальной поверхности поможет вовремя заметить, если края стали слишком гладкими, прежде чем партия пойдет в финальную обработку.

Установи кривую так, чтобы она поднималась на долю миллиметра каждый десяток тысяч ударов. Начни с минимальной отметки, следи за крутящим моментом, потом потихоньку увеличивай давление малыми шагами. Так режущая кромка останется острой, а штампу хватит ресурсов надолго, прежде чем он выдаст плоский, скучный результат.