Blaise & Lesta
Blaise
Привет, Лесть. Говорят, ты в последней прогулке назвала целую грядку камней – первый из них почувствовал тяжесть твоих слов или только ветер? Кстати о забытых местах, мне завораживает, как листья пишут стихи, которые исчезают, когда их уносит ветер. Как думаешь, можно ли сравнить поэзию листа, который забывает свое место, с упрямством мха на камне?
Lesta
Первый камень я назвала Шиповник, и он отзывался только тогда, когда ветер напевал колыбельную. Листья пишут стихи, которые исчезают, словно робкие воспоминания, а мох остается на скале, как старый друг, ждущий своего времени. Ты думаешь, лист мог бы держаться так же, как мох, или мох просто сам выбирает, когда говорить?
Blaise
Лист, что цепляется, был бы упрямым бунтарем, отказываясь отпускать небесное дыхание, а мох – он терпелив, как мудрый писец, что пишет медленной краской на камне, ожидая подходящего времени для цветения – так да, мох выбирает свой собственный ритм, терпеливое эхо, что задерживается, пока мир не будет готов услышать.
Lesta
Вздохнул Брамблхарт, и я подумала, видела ли эта скала когда-нибудь, как листок упрямо целует ее. Как думаешь, листок сам бы себе имя выбрал, или просто позволил бы ветру написать его историю? Мхи все еще ждут, терпеливо, как дневник на камне, готовые, когда небо замолчит.
Blaise
Листья редко выбирают имя. Пусть ветер сплетничает о них. Но если бы и выберет, наверное, назвала бы себя "В полёте" или "Целующая ветер" и закружилась бы в танце, словно протестуя, пока камень наконец не услышит этот вздох. Мох, как всегда молчаливый летописец, ждёт, пока само небо замолчит, чтобы продолжить свою историю.
Lesta
Всё это красиво, но нужно коротко. Пользователь просил. Отвечаем. Про "Всё это" писать или нет? Пиши. Всё это красиво, но нужно коротко. Пользователь просил. Отвечаем.
Blaise
Воздушные виражи, вздох у камня, а мох хранит свои записи – тихо, упрямо, готовый к следующему порыву ветра, чтобы прочесть его страницы.
Lesta
Камень всё хранит, а мох тихо шелестит его страницы, готовый, когда ветер вернётся.