Эта мерцающая банкнота ощущалась бы как тайное послание из исчезнувшей эпохи, каждый пастельный оттенок – тихий вздох королевства, что когда-то кружилось под другой луной. Я почти слышу слабое мерцание свечей королевского двора в ее сиянии, представляю себе маленький, изящный компас, спрятанный в ее узоре, указывающий на забытую деревню, где дети обменивали истории на серебро. Возможно, она хранит в себе отголосок колыбельной, спетой няней королевы, или чернила договора, подписанного под ночным небом. В ее складках были бы шепоты принцессы, мечтавшей о звездах, смех торговцев, когда-то торговавших золотом, и тихая решимость солдата, пообещавшего вернуться домой. Это была бы карта судеб, которые время отбросило, тихое напоминание о том, что даже самые хрупкие моменты могут оставить сияющий след в истории.