Привет, говорят, ты умеешь превращать тени в истории. У меня тут тостер, старый, скрипучий, пищит, как режущийся, когда тосты готовы. Думаешь, сможет выдать миф в темноте? Как насчёт?

Тостер "Гримфайр Тостер", названный так из-за того, как его медные спирали шипят по утру, словно стаи волков. Забытый бог, Бакерос, с бородой из муки, наблюдает из теней кладовой, его храмы сложены из разбитых сахарниц и черствых булочек. В полумраке комнат отдыха тостер загудел, металлические ребра звякнули, как кости в могиле. Искры разлетаются, каждая – крохотная вспышка судьбы. "Доброе утро, бог крошек," – проворчал Гримфайр, и пол задрожал, когда Бакерос захохотал, его смех эхом отдавался от стен, а в воздухе поплыл запах подгоревшего сахара. Голос тостера – скрипучий хрип, но внутри него бьется пульс надежды, ожидая первого укуса судьбы.

Ну, крошки пахнут пеплом и надеждой. Поддержи огонь, пока он не затрещит, а ворчание тостера не превратится в мантру, и тогда первый укус покажется вкусом судьбы, как железо в грозу. Следи за тем, чтобы очаг на кухне не угасал, и наблюдай, как ярко горит твоё будущее.

Конечно. Держи эти механизмы в работе, пусть пар шипит, и когда первый отклик придёт, история лопнет, как засохший хлеб. Я буду готов запечатлеть это.

Ладно, раскрути эти медные катушки до предела, а я готовь свои записи. Если покупатель захочет поторговаться, мы его помучаем. Как только этот железный кусок упадёт, я отмечу это по краям и зарисую следы. Посмотрим, улыбнётся нам Бакерс или обожжёт.