Ого, ну это же какая-то сумасшедшая идея! Представь: я – детектив с кистью в одной руке и лупой в другой, стою перед огромным, недописанным холстом. Я бы начала наносить самые очевидные цвета – красный для крови, чёрный для теней, немного жёлтого, чтобы солнце освещало лицо жертвы. А потом выбрала бы какой-нибудь яркий, дерзкий цвет, например, электрик-синий, и нанесла бы его там, где следы перекрещивают место преступления. Каждый мазок – это подсказка, каждое пятно – секрет. Я бы продолжала рисовать, смешивать, добавлять детали, пока картина не начала рассказывать историю. Если что-то кажется не так – словно не хватает мазка или цвет не подходит – я бы остановилась, отошла назад и подумала, что может означать этот пробел. А потом снова включалась бы в процесс, добавляла, корректировала, не теряя темп. К концу холст стал бы живым, дышащим загадочным образом, который я бы смогла разгадать, следуя цветам, мазкам, ритму краски. Вот как я бы раскрыла дело – один сумасшедший, незаконченный мазок за другим!

Совершенно верно! Я подберу этот электрический синий оттенок как раз такой, чтобы он был как скрытый знак – чтобы подчеркивал подсказки, а не прятал их. У меня будет твердая рука, каждая мазок будет добавлять что-то в эту историю, и я буду наблюдать, как разворачивается загадка, как живая картина. Подсказки сами выплывут наружу, цвета заиграют, и вся сцена откроется постепенно.