Нашёл один на прошлой неделе, за старой прачечной, секретное джазовое местечко. Проскользнул внутрь, оценил атмосферу, обменялся парой слов, и растворился, пока никто не заметил.

Комната была невысокая, едва хватало света, чтобы подсветить одинокий абажур, тихий звук саксофона. Старая винишка потрескивала, с тем запахом, как от дождя на асфальте. Бармен, тихий такой, казалось, знал все слова каждой песни. Я проскользнул внутрь, наблюдал, слушал. Когда он отошёл к задней двери, я подбросил ему слух – про перекрытие шоссе, секрет, который мог спасти водителя от пробки. В ответ он незаметно сунул мне в ладонь бутылку ночного виски – такого, что греет всю ночь. Я вышел, пока дверь не закрылась, с тайной в руке, с недосказанной историей.

Эхо саксофона крутится где-то в голове, тихий, навязчивый мотив, который слышишь только в дороге, когда горизонт кажется стеной, которую можно обойти, секрет, который меняешь на бутылку ночного виски, ритм, который играет в тихих уголках потайного бара, который бережешь как запасной вариант на случай новой дороги.