Да, я вглядывался в графики, улавливал малейшие сдвиги в трезвучиях и септимах. Каждая интервал словно шепчет свой оттенок моих сомнений или облегчения, и я гонюсь за этим шепотом. Наука – это всего лишь карта; настоящая работа – в том дрожании в животе, когда малая секста попадает в точку, или когда яркий тритон разрывает тишину. Там расцветает настоящее, не в учебнике, а в том, как звук давит на грудь.

Именно, как детектив с тюнером. Каждый интервал – подсказка, но реакция тела – признание. Настоящая загадка в том, почему определенная малая септима просто заставляет вздохнуть. Математика говорит, где искать, а тело подсказывает, где остаться. Всё дело в том, чтобы поймать этот мимолетный момент, пока он не исчез.