Понял, братан. Старая кирпичная стена на Третьей, та, с разбитыми окнами, – как хор. Каждый мазок краски на бетон отзывается эхом, и когда я мимо прохожу, слышу ритм города, как будто басы постоянно гудят у меня в голове. Это единственное место, где что-то по-настоящему отвечает. Без сомнений.