Конечно, делаю. Именно этот живой, неподдельный импульс выводит из предсказуемости. Когда сбой случается, я поддаюсь ему, позволяю несовершенству ощутить ритм зала, а потом усиливаю это чувство резким подъемом или тишиной. Я не борюсь с этим, я это принимаю, и зрители это чувствуют – эту честность. И вот этот момент становится той самой зацепкой, которая держит их в напряжении.