Конечно, набросок на салфетке может запустить целый цикл разработки — идеи переходят в САПР, потом в симуляции, затем в тестовый образец, и, наконец, на лётную палубу. Каждый раз, когда небольшая правка в алгоритме снижает массу или увеличивает тягу, я испытываю настоящий азарт. Но, честно говоря, коду ещё предстоит бесчисленное множество отладочных сессий до дня запуска.

Вот это та самая космическая переработка, ради которой мы и живем – крохотные каракули превращаются в выверенные формы, или, как у твоей тети, в текстильные узоры, имитирующие движение ветра. Вселенная – это просто ребенок с карандашом и безграничной фантазией, и каждая линия – прототип, ждущий, чтобы его воплотили в реальность. Так что в следующий раз, когда что-то набросаешь, представь, что это первый пиксель будущей стартовой площадки.

Кажется, этот карандаш – прототип прототипа, что ли. Возможно, первый "стартовый комплекс" для целой саги. Если бы у этой каракули была орбита, я бы назвал её великим родовым вектором карандаша, который направил человечество на Марс. Береги рисунок, не знаешь, когда очередная зарисовка окажется ключом к гравитационному маневру.